В пору бесшабашной молодости, два года из которой он провел в отдании Родине конституционного долга по защите ее интересов во всех уголках земного шарика, Аркадий много раз видел, как вылетает ракета из переносного зенитно-ракетного комплекса «Игла». Сначала вроде как лениво, оставляя за собой шлейф белого дыма, она всё быстрее и быстрее уходит точно в цель, пущенная недрогнувшей рукой стрелка.

Свежий кусок отличнейшего горилльего «лайна» был чем-то похож на «Иглу».

Распространяя за собой невидимый шлейф «амбре», в доли секунды маленький снаряд достиг цели. Рука гориллы как всегда не дрогнула, подтверждая репутацию двухсотпятидесятикилограммовой обезьяны и надежды посторонних зрителей.

Ба-бах!!!

Target destroyed

Стоявший в метре от Глюка вислоусый пузатый “target”-западенец

А горилла неподвижно остался ожидать следующих читателей злосчастной таблички…

– Ну, не нравятся, блин, – так не нравятся, – развел руками Штукеншнайдер, отложив выяснение непонятного поведения приятеля на потом. – Пошли к туканам… Только я, блин, по пути в одно место загляну.

* * *

Одна из двух кабинок платного туалета была занята, и Телепуз зашел в свободную. Не успел он присесть, как услышал вежливый голос справа:

– Здравствуй. Как дела?

Штукеншнайдер не был большим любителем болтать с незнакомцами, восседая на унитазе, однако, памятуя о правилах хорошего тона, не позволяющих игнорировать начинающееся с приветствия обращение, слегка смущенно ответил:

– Нормально, блин….

– Ну, и какие у тебя планы? – продолжил незнакомец.

Григорий провел ладонью по трехмиллиметровой шевелюре, прочистил горло и сообщил:

– Да вот, собираемся пойти на туканов посмотреть…

– Хорошее дело, – судя по доносящимся справа звукам, сосед заерзал на стульчаке. – А что завтра будешь делать?

Телепуз наморщил лоб и с полминуты помолчал, обдумывая ответ.

– Что притих-то? – обеспокоился вопрошающий.